angle-down facebook instagram vkontakte warning

Литературные образы городов

Нью-Йорк: американская мечта, джаз и катастрофы

За свою сравнительно недолгую историю Нью-Йорк стал неисчерпаемым источником сюжетов и тем для мировой литературы. Посмотрим, как складывался литературный облик города.

Это часть интерактивных уроков, подготовленных образовательной платформой Level One в сотрудничестве с крупнейшими российскими экспертами.
Еще 500 уроков по 15 направлениям, от истории и архитектуры до здоровья и кулинарии на levelvan.ru/plus
посмотреть все уроки
Автор урока
Наталья Ласкина
Кандидат филологических наук, руководитель новосибирского образовательного проекта «Открытая кафедра».

Мы в Нью-Йорке! Давайте начнем наше путешествие в этот город с того, что узнаем, каким разным он может быть и что лежит в основе его мифа.

🇺🇸 В американской культуре Нью-Йорк может символизировать всю Америку, саму идею Нового Света — и в то же время его положение исключительно, и простая поездка в Нью-Йорк из любой другой точки США в литературе и кино превращается в пересечение границы между мирами.

🌐 Как и все новые интернациональные мегаполисы, Нью-Йорк позаимствовал европейскую мифологию большого города. Отличается он интенсивностью: этот город провоцирует сильные эмоции, яркие эффекты. Зрелище, аттракцион, шоу — типичная метафора нью-йоркской жизни. (А нередко еще и цирк и зоопарк).

📌 Не будем забывать и о том, что вся система представлений о Нью-Йорке сложилась в уже мультимедийной культуре: словесные, визуальные и музыкальные элементы равноправны, литература постоянно цитирует кино и музыку.

📚 Американская литература выработала целый ряд сюжетов, связанных с Нью-Йорком. История иммигрантов, от первого шага на борт корабля до борьбы за выживание. Вариации сюжета американской мечты ведут в Нью-Йорк финансистов, шулеров, артистов в поисках быстрого успеха. Детство в Нью-Йорке, дружба в Нью-Йорке, любовные истории или поиски своей идентичности — на любую тему можно найти сотни книг, герои которых уверены, что их судьбы неотделимы от духа самого города.

📻 В описаниях Нью-Йорка принципиален ритм. Центральная роль в истории нью-йоркского мифа принадлежит культуре 1920-х: американский модернизм связан с «веком джаза». Модернистские тексты о нью-йоркской жизни стилистически имитируют джазовый ритм и искусство импровизации — от Фицджеральда и Дос Пассоса до Генри Миллера. Идея воссоздать гарлемские ритмы лежит в основе самых ярких литературных экспериментов.

🏢 Из мифологических подтекстов для литературного Нью-Йорка самый очевидный — вавилонская башня. Небоскребы, безудержный рост города, разноязычие и столпотворение ассоциируются с ожиданием катастрофы. Реальная катастрофа 11 сентября 2001 года оказалась невероятно популярной темой у писателей: во многом это мотивировано и апокалиптическими образами, которые сопровождали Нью-Йорк в искусстве весь 20 век.

💓 Для этого города нельзя вычленить один-два навязчивых мотива или мифологизированные локации. Важнее всего, что Нью-Йорк всегда вызывает сильные эмоции. Литература о Нью-Йорке переполнена восторгом и ненавистью в равных дозах. Напряжение, интенсивность эмоций, полнота жизни, ритм, столпотворение, зрелище — все признаки нью-йоркского текста можно найти уже в 19 веке в поэзии Уолта Уитмена. Прочитаем несколько строк из стихотворения «Дай мне великолепное безмолвное солнце»:

«Жизнь, полная напряжения! Многоликая, насыщенная до краев!
Жизнь театров, баров, больших гостиниц — она по мне!
Салон парохода! Палуба с толпами людей, движение — это по мне! И факельное шествие!
Плотно сбитый отряд, отправляющийся на войну, с нагруженными повозками позади,
Бесконечный поток людей, охваченных страстью, с сильными голосами, людей, всегда в действии,
Улицы Манхэттена — их могучий пульс, звучащие, как ныне, барабаны,
Не знающий покоя, шумный хор, звяканье и лязг мушкетов (и даже вид раненых),
Толпы Манхэттена — их музыкальный хор — разноголосый и буйный, и свет сверкающих взоров —
Лица, глаза Манхэттена навеки во мне».

Самый типичный нью-йоркский сюжет — о пути к успеху. Местом «американской мечты» могут стать и Лос-Анджелес, Вашингтон или Чикаго — у нью-йоркской версии этой темы есть свои узнаваемые черты, давайте узнаем какие.

💎 Нью-Йорк — город дорогой недвижимости и резкого расслоения. Социальный статус и богатство здесь особенно явственно выражаются в городской топографии. Добиться в нем комфорта и устойчивого «своего» места — это и есть успех. А вот подразумевает ли успех счастье — вопрос, который придется решать нью-йоркским карьеристам.

📕 Историю нью-йоркского романа обычно начинают с книг Эдит Уортон (1862—1937). В них сохранены последние следы «Позолоченного века». Персонажи Уортон принадлежат к старым нью-йоркским семьям, их образ жизни во многом построен на имитации европейской аристократии. Символ статуса — особняк: внимание персонажей приковано к интерьерам, хозяевам дома с бальной залой прощают провинциальность и сомнительное происхождение.

💰 Самый известный роман Уортон, «Эпоха невинности» (1921) описывает Нью-Йорк конца 19 века уже как мир на пороге распада. Герой, благополучный наследник «старых денег», ради любви отказывается от готового места и комфорта — и в итоге покидает Нью-Йорк. Сюжет нестандартный, а вот сами образы аристократического Манхэттена у Уортон — это и есть одно из самых распространенных материальных воплощений американской мечты.

😎 Ни один список книг о Нью-Йорке не обходится без «Великого Гэтсби» Ф. Скотта Фицджеральда (1925). Харизматичный Джей Гэтсби, хозяин фантастического особняка и грандиозных вечеринок — загадка, которую распутывает рассказчик. Дом Гэтсби — обновленная по последней моде копия нью-йоркских особняков из романов Уортон. Но интересно, что находится он не в городе, а на Лонг-Айленде: это замкнутый, выдуманный мир. В Нью-Йорке же развивается история самого рассказчика. Ему и открывается смысл города как источника сюжетов: «Город, увиденный с моста Квинсборо, — это всегда город, увиденный впервые, он открывает свою дикую тайну и красоту. Теперь может случиться все, что угодно, — подумал я, — все что угодно».

🎰 Нью-Йорк — царство случая. Повороты судьбы, фатализм, непредсказуемость любой карьеры — частые мотивы в романах о Нью-Йорке. Еще один яркий пример — «Манхэттен» Джона Дос Пассоса (1925). Вместо лирической интонации «Великого Гэтсби» в «Манхэттене» доминируют жесткие, грубые образы и резкие переходы. Параллельные сюжетные линии показывают истории успеха и неудачи — их объединяет сам город, который работает как колесо фортуны.

«Он распахнул окно и высунулся. В конце улицы с грохотом промчался поезд надземки. Струя дыма едко защекотала в носу. Он долго стоял у окна, глядя на улицу. Вторая столица мира. В кирпичных домах, в тусклом свете фонарей, в голосах мальчишек, ссорившихся на ступеньках дома напротив, в мерной, твердой поступи полисмена он чувствовал размеренный марш — словно солдаты шли по мостовой, словно колесный пароход поднимался по Гудзону, словно торжественная процессия направлялась по длинным улицам к какому-то зданию — белому, высокому, многоколонному, величественному. Столица».

🔪 Среди важных текстов о Нью-Йорке преобладают романы об изнанке американской мечты: город подталкивает к риску, падению, преступлениям. «Костры амбиций» Тома Вулфа, «Американская мечта» Нормана Мейлера, даже «Американский психопат» Брета Истона Эллиса — во всех этих текстах город играет центральную роль. Уникален в этом смысле роман Сэлинджера «Над пропастью во ржи»: это тоже нью-йоркский текст, но его герой, Холден, равнодушен к символам успеха, а большая часть романа привязана к элегическому образу Центрального парка.

Телеграм-канал
Level One

Вдохновляющие посты, новые запуски и подарки только для подписчиков

подписаться

Ритм Нью-Йорка американской литературе удалось схватить благодаря прямому влиянию джаза. Давайте посмотрим, как джаз стал одним из ярких героев книг о Нью-Йорке.

🎵 В 1920-е годы джаз означал не только музыкальный стиль, но и образ жизни, и вообще новизну, свободу и дух большого города. Ф. Скотт Фицджеральд в эссе «Отзвуки века джаза» так формулировал, чем был джаз для его поколения: «Слово "джаз", которое теперь никто не считает неприличным, означало сперва секс, затем стиль танца и, наконец, музыку. Когда говорят о джазе, имеют в виду состояние нервной взвинченности, примерно такое, какое воцаряется в больших городах при приближении к ним линии фронта». «Взвинченность» свойственна многим текстам о Нью-Йорке.

👤 Помимо самого Фицджеральда, с джазом как литературной техникой ассоциируют и более дерзкую прозу Генри Миллера. Миллер чаще всего пишет о Нью-Йорке с отвращением — интенсивность которого не меньше, чем у восхищения в стихах Уитмена: «Когда я думаю об этом городе, городе, где я родился и вырос, о Манхэттене, который воспел Уитмен, пламя дикой злобы облизывает мне кишки» («Тропик Рака», 1931). Нью-Йорк — «город, возведенный над пропастью пустоты», и он стремится затянуть в пустоту героя: «Небоскребы смахивают на чудовищно громадные, вставшие на дыбы рельсы — блестящие, металлические, прямые, будто сама смерть. Стоит подойти к ним поближе, и тебя затягивает в некую воронку» («Нью-Йорк и обратно», 1935).

🎷 Джазовые клубы для Миллера были единственной зоной свободы в душном и монотонном городе. Он не так часто писал о самой музыке — важнее была идея воспроизвести ее эстетику в художественном языке. В «Тропике Рака» и «Тропике Козерога» Миллер использует нелинейное повествование, которое периодически, как он сам говорил, «по спирали» возвращается к опорным мотивам.

📗 Более современная версия джазового романа о Нью-Йорке — одна из лучших книг Тони Моррисон, которая так и называется «Джаз» (1992). Моррисон реконструировала атмосферу Нью-Йорка 1920-х с другой точки зрения: в центре — бурная жизнь тогдашнего Гарлема. Джаз для персонажей — своя стихия, а не экзотическое новшество. Композиция романа более буквально, чем в текстах модернистов, воспроизводит джазовые элементы. Повествование складывается из голосов нескольких персонажей, которые напоминают импровизации на одну тему. Город всегда присутствует в их сознании — он обостряет чувства, внушает надежду или страх.

🖤 Первое «соло» в романе вводит сначала намек на общий сюжет с жестоким любовным треугольником и сразу же переключается на экстатическое состояние, которое вызывает Нью-Йорк: «В подобном месте сны мои увеличиваются в высоту, а у чувств обостряется нюх. Да, да, это все от пляшущего стального блеска над границей тени. Когда я гляжу поверх зеленых полосок травы вдоль реки на шпили церквей, заглядываю в медно-сливочные комнаты жилых домов, я полна сил».

Нью-Йорк во многих американских текстах 20 века выглядит мощной, непреодолимой силой. А в популярной культуре разрушение Нью-Йорка уже давно стало рутиной — фильмов, где Нью-Йорк рушится, уже не меньше 70. Это объясняется не только мифологией вавилонской башни и прочими символическими традициями: сама визуальная эстетика города небоскребов притягивает катастрофические фантазии. Давайте посмотрим на то, как они воплощаются в американских романах.

⚡️ Литература всерьез обратилась к теме уязвимости Нью-Йорка, когда она стала совершенно реальной. В современной прозе «Роман о 911» уже стал новой разновидностью нью-йоркского романа. Теракт 2001 года вызвал такую сильную художественную реакцию по нескольким причинам:

➖ это событие, изменившее для многих картину мира,
➖ это первая катастрофа такого масштаба, которую все наблюдали в прямой трансляции,
➖ это человеческие истории и коллективная травма.

👤 Французский писатель Фредерик Бегбедер написал роман на эту тему уже в 2003 году. Он называется «Окна в мир» (Windows on The World), по названию кафе в одной из башен Всемирного торгового центра, где разворачивается одна из линий сюжета. Он точно сформулировал, как событие изменило взгляд на Нью-Йорк:

«Трудно представить себе более хрупкий город. Скопление такого количества людей на таком ограниченном пространстве делает его удобной мишенью для всякого рода разрушителей. Если вы хотите причинить максимум ущерба, приложив минимум усилий, то Нью-Йорк для вас — идеальная цель. Отныне его жители это знают: башни уязвимы, их город – потенциальная куча металлолома, монумент из стекла. Еще никогда за всю историю человечества такой могучий город не было так легко стереть с лица земли».

🇺🇸 Современная американская литература нашла несколько сильных и совершенно разных способов выразить самоощущение города после 911. В 2007 вышел роман Дона Делилло «Падающий». Название — “The Falling Man” — отсылает к знаменитой фотографии падающего с рушащегося небоскреба человека. В сюжете так называется представление артиста, который имитирует фотографию в разных точках города.

👤 Главный герой романа пережил теракт, и текст исследует, как меняется внутренняя жизнь человека и отношения с окружающими после травмы. Роман открывается впечатляющей картиной катастрофы, показанной с точки зрения «изнутри» (позже она будет противопоставлена тому, как ее наблюдали по телевизору):

«Грохот все еще висел в воздухе. Грохот, означавший: “накренилось и рухнуло”. Вот каков теперь его мир. Дым и пепел несутся по улицам, заворачивают за углы зданий, заволакивают углы, цунами из дыма, и тут же летят бумаги, листы А4 с острыми как бритва краями, фр-р — мимо, нездешние какие-то, в утренней дымке».

👦 Джонатан Сафран Фоер в своем романе «Жутко громко и запредельно близко» (2005) выбрал, в отличие от большинства коллег, не прямое описание катастрофы, а ее присутствие в памяти. Герой романа — девятилетний Оскар — сын человека, погибшего 11 сентября. Сюжет организован как квест: мальчик в поисках замка, к которому подойдет отцовский ключ, путешествует по районам Нью-Йорка. Множество вставных текстов отражает фрагментарную, бессвязную память травмированного города. Рассказ от лица ребенка дает возможность посмотреть на всю ситуацию заново, с чистого листа.

📚 Романов о 911 уже около тридцати: поначалу критики на них реагировали настороженно, но сейчас это еще одна неотъемлемая сторона литературы о Нью-Йорке.

📝 Давайте прочитаем эссе Ф. Скотта Фицджеральда «Мой невозвратный город» (1932).

Время прочтения 〰️ 10 минут.

👇 Как вам кажется, сколько в нем разных образов Нью-Йорка?

курс Level One
Открывая сказки

Курс из 8 лекций о любимых сказках: перечитаем Щелкунчика, Алису, Гарри Поттера, Хоббита и взглянем на знакомые истории с новой стороны. Изучим схему сказки и ее главные элементы: от обряда инициации до пути героя и волшебных даров. Поймем, как рассказывать истории, которые остаются у людей в сердцах, и даже создадим свою сказку в финале курса.

Сегодня можно купить со скидкой 50%
4900₽ 2450₽
образовательный проект level one
Начните разбираться
в сложных
темах
с самыми вдохновляющими экспертами
Только проверенные лекторы
23 тысячи отзывов
на лекции и практикумы
Вам понравится
4,9 из 5,0
средний рейтинг лекции
Есть из чего выбрать
До 10 разных
вебинаров в день
;