angle-down facebook instagram vkontakte warning

Как книги становятся классикой

Культовая литература и советский андеграунд

Иногда писатели и книги становятся объектами поклонения и подражания или символами субкультур. Разберемся, почему это происходит и окунемся в советский андеграунд.

Это часть интерактивных уроков, подготовленных образовательной платформой Level One в сотрудничестве с крупнейшими российскими экспертами.
Еще 500 уроков по 15 направлениям, от истории и архитектуры до здоровья и кулинарии на levelvan.ru/plus
посмотреть все уроки
Автор урока
Наталья Ласкина
Кандидат филологических наук, руководитель новосибирского образовательного проекта «Открытая кафедра».

Литературная слава — это не только собрания сочинений, главы в учебниках и юбилейные торжества.

💫 Общее у всех литературных культов — смешение искусства и жизни. Легенды о волнах самоубийств, последовавших за «Страданиями молодого Вертера» Гете и «Бедной Лизой» Карамзина, конечно, преувеличены — но они о многом говорят.

💧 Сентименталисты. В 18 веке юные читатели увидели в книгах писателей-сентименталистов эмоциональных героев, переживания которых были близки и понятны. Литература показывала, как можно говорить о своих чувствах, но прямое самоотождествление читателей с героями вызывало и тревогу.

🌟 Романтики. Ярче всего желание перейти границу между читателями и авторами выражается, когда интерес к личности писателя перерастает в культ. Начало положили романтики с их интересом к индивидуальности и любовью ко всему необычайному.

👤🎩 В фигуре лорда Байрона, например, сошлись обе стороны признания — канонизация и культ. В начале 19 века еще не было современной индустрии звезд, но механизмы моды и сенсационной журналистики уже были запущены.

Секрет культового успеха Байрона — в том, что его публичный образ полностью совпадал с сюжетами, темами и эстетикой его произведений: темная харизма, пренебрежение нормами морали, скандальные любовные приключения и путешествия в горячие точки. Образ закреплялся и визуально: весь 19 век тиражировались многочисленные портреты Байрона. Заметьте, что Байрон в этом смысле противоположен Шекспиру, личность которого для тех же романтиков несоизмерима с его поэтическим гением.

Таких примеров в истории литературы очень мало: редко биографический, визуальный и поэтический образы настолько органично сливаются в одном человеке.

👤🎭 Похожий сюжет повторяется вокруг Оскара Уайльда в конце 19 века, которого и сейчас узнают по портретам, афоризмам и легендам больше, чем по текстам. Но это только на первый взгляд. Публичная персона Уайльда в больше степени сконструирована — это практически театральное представление. Его полутеатральные костюмы и парадоксальные остроты (которые он продумывал заранее) не связаны прямо с персонажами его текстов.

Все это скорее выражало идею, что жизнь писателя должна быть его произведением. Настоящий читательский культ вырос уже после смерти Уайльда и связан с образом отверженного и страдающего художника не меньше, чем с блестящим имиджем, который он придумал.

👥 Среди авторов, личная мифология которых оказалась такой же устойчивой, как литературная репутация — Маяковский и Есенин в России, битники в США. Есть ли такие же культовые писатели сейчас — вопрос открытый: попробуйте вспомнить, у каких современных авторов есть фанатичные поклонники?

Бывает, что книги, место которых в истории литературы кажется скромным, провоцируют неожиданно большой резонанс. Давайте разберем, почему так происходит, на примерах книг из разных эпох.

1️⃣📘 В 1885 году в Бельгии была опубликована книга под названием «Песни Мальдорора» графа Лотреамона (1869). Она сразу привлекла внимание декадентский писателей и читателей и звучала очень современно. Причудливая поэма в прозе с участием демонических персонажей, сложным символическим языком и мрачной таинственной атмосферой казалась новым символистским шедевром, хотя написана была еще в 1869 году.

👤 «Граф Лотреамон» — псевдоним Изидора Дюкасса, одного из множества литературных неудачников. Вершиной признания Лотреамона стала даже не запоздалая публикация «Песней Мальдорора», а появление его имени в 1924 году в «Манифесте сюрреализма» Андре Бретона.

🗣 Вскоре Андре Жид заявит, что открытие Лотреамона — это вообще лучшее, что сделали сюрреалисты. «Песни Мальдорора» начнут цитировать, читать и исследовать, как и биографию автора — но теперь невозможно читать книгу без мысли о том, почему она была культовой для сюрреалистов и не годилась современникам.

2️⃣📗 Произведения Льюиса Кэрролла — пример того, как даже вовремя опубликованные книги могут обрести новую судьбу и читаться в другие эпохи совсем иначе, чем при жизни автора. Произведения Кэрролла были задуманы как развлечение для детей, и автор никак не предполагал, что в 20 веке и «Алису», и «Охоту на Снарка», и «Сильвию и Бруно» будут изучать и комментировать философы.

3️⃣📕 Рассказы Говарда Филлипса Лавкрафта в середине 20 века пользовались определенным успехом среди поклонников готической фантастики. Но невозможно было вообразить, что придуманная Лавкрафтом мифология заживет отдельной жизнью, получит десятки реинтерпретаций.

🧛🏻‍♂️ Дело не ограничилось фантастикой и упоминаниями Ктулху в поп-культуре. Мишель Уэльбек, один из ведущих современных писателей, начал свой литературный путь с большого эссе «Г. Ф. Лавкрафт. Против человечества, против прогресса», в котором Лавкрафт прочитан всерьез, как идеальное выражение страхов и тревог 20 века.

Критики и журналисты, как и сами читатели, время от времени выхватывают из литературного потока книги, которые кажутся особенно актуальными. Это необязательно претенденты на будущий классический статус, но без них неполон портрет современности.

4️⃣📚 В этом поле прошла почти вся литературная карьера Виктора Пелевина — он остается крайне спорным писателем со своими поклонниками и противниками, но разговор о каждой новой книге Пелевина всегда превращается в обсуждение духа времени и того, продолжает ли писатель его чувствовать.

Телеграм-канал
Level One

Вдохновляющие посты, новые запуски и подарки только для подписчиков

подписаться

А сейчас давайте заглянем в литературный андеграунд и узнаем, как жила литература в условиях культурного «подполья» советского времени.

🤜 Культуры, которые существуют в режиме постоянного контроля со стороны, неизбежно порождают очаги сопротивления. В любую эпоху есть сообщества, заинтересованные в неофициальной, новаторской, контркультурной эстетике.

< >⚒ Советская литература — особый случай, потому что за пределы официального признания в ней выведены очень большие пласты литературной истории. Многослойность русской литературы была уже достаточно очевидна в последнем периоде советской эпохи.

🕶 В культурном «подполье» вынуждены были сосуществовать почти все более или менее оригинальные авторы. В итоге мы получили развитую альтернативную культуру со своими журналами, издательским процессом («самиздат»), квартирными выставками и концертами и полноценными направлениями в литературе и искусстве.

🌀 Андеграунд в литературе — не синоним диссидентства и политической оппозиции. Среди несогласных и запрещенных авторов могли оказаться писатели близкие к официальному советскому реализму, и наследники модернизма.

✍️ Самые заметные течения советского андеграунда работали над осмыслением советского языка. Все они были обречены на «культовость» — в этом случае из-за того, что были доступны только специфическим группам читателей.

👥 Поэты Лианозовской школы — Ян Сатуновский, Генрих Сапгир, Игорь Холин, Всеволод Некрасов — первыми нашли язык, который не совпадал ни с соцреализмом, ни с авангардом и отголосками Серебряного века, ни с западными авторами, — язык послевоенных советских бараков, замкнутого и бедного быта.

👤 В прозе Юрия Мамлеева, который назвал свою литературную программу «метафизическим реализмом», приметы реальной жизни подпольных художников, философов и поэтов окружены мистическими интерпретациями, где подполье в социальном смысле сливается с памятью о подпольном человеке Достоевского.

🏢 Московский концептуализм в поэзии Дмитрия Александровича Пригова или Льва Рубинштейна был ближе к параллельным течениям в западном искусстве 1960–80-х. Однако эстетика «соц-арта» уникальна, потому что ведет иронический диалог не с массовой культурой, как западный поп-арт, а с советскими лозунгами и канцелярским стилем.

📢 Пригов — первый андеграундный поэт, получивший широкое признание, узнаваемость у большой публики и прочие признаки канонизации. Почитайте в этом контексте его «Некрологи» — это, пожалуй, лучшее высказывание на тему официального литературного канона и того, как чувствует себя с ним «подпольный» поэт.

📎 А вот ответы на задание из предыдущей части про внутренние рецензии.

1️⃣ Франц Кафка. «Процесс»

2️⃣ Марсель Пруст. «В поисках утраченного времени»

3️⃣ Алигьери Данте. «Божественная Комедия»

4️⃣ Мигель Сервантес. «Дон Кихот»

5️⃣ Библия

курс Level One
Открывая сказки

Курс из 8 лекций о любимых сказках: перечитаем Щелкунчика, Алису, Гарри Поттера, Хоббита и взглянем на знакомые истории с новой стороны. Изучим схему сказки и ее главные элементы: от обряда инициации до пути героя и волшебных даров. Поймем, как рассказывать истории, которые остаются у людей в сердцах, и даже создадим свою сказку в финале курса.

Сегодня можно купить со скидкой 50%
4900₽ 2450₽
подробнее о курсе
образовательный проект level one
Начните разбираться
в сложных
темах
с самыми вдохновляющими экспертами
Только проверенные лекторы
23 тысячи отзывов
на лекции и практикумы
Вам понравится
4,9 из 5,0
средний рейтинг лекции
Есть из чего выбрать
До 10 разных
вебинаров в день
;