Как смотреть архитектуру

Власть использует архитектуру для демонстрации своей роли в обществе.

✍️ Еще римский архитектор Витрувий рассматривал архитектуру как инструмент в руках власти. Обращаясь к Цезарю Октавиану Августу в своем знаменитом трактате, он писал примерно так: «Ты, Цезарь уже добился многих военных побед. Теперь пришла пора запечатлеть величие империи в архитектуре». Впрочем, позже он возвращается к этой мысли всего несколько раз.

🏰 Для архитектора и философа эпохи Возрождения Леона Баттиста Альберти архитектура в числе прочего — способ защиты власти от врагов, внешних и внутренних. В своем труде «Об архитектуре», основанном на книге Витрувия, Альберти называет внешним врагом властителя другое государство, а внутренним — собственный народ, если властитель деспотичен и не заботится о подданных. Архитектору, который работает на тирана, нужно защитить его от обоих врагов.

📣 У архитектуры, с помощью которой власть демонстрирует важные для себя идеи, есть общие свойства. Причем власть — не обязательно государственная: эти идеи применимы и для офиса крупной компании, и для дома богатого человека в дачном поселке.

▪️ Масштаб. Если власть хочет выделиться и показать свое превосходство, здания будут больше и краше прочих. Если же важно показать свою близость к народу, тогда архитектура будет похожа на все остальные здания.

▪️ Дистанция. Если к зданию нужно долго идти по большой площади или вообще нельзя подойти — значит, власти важно нас «поставить на место». Если здание легкодоступно, то и власть хочет быть к нам поближе.

Подумайте, сколько раз в жизни вам доводилось смотреть на Колокольню Ивана Великого с Ивановской или Сенатской площадей?

▪️ «Разговорчивость». Если у здания много деталей или понятный стиль, значит, нам хотят сообщить что-то важное. Когда мы не чувствуем, что здание нам сообщает что-то конкретное, то, видимо, власти это и не нужно.

💪 Бруталистские государственные учреждения 20 века несут свой специфический пафос. Крупный масштаб и сложная структура здесь скорее символизируют власть как сложный механизм, а не силу подавления. А грубый бетон показывает, что демократическая власть не разоряется на дорогую отделку. Публика не поняла этого, и архитектуру бруталистов никто не полюбил.

Теперь поговорим о том, как на архитектуре отражается экономика.

💰 Архитектура, в силу своей природы, отлично иллюстрирует экономические и политические процессы в обществе. За строительство здания всегда кто-то платит, так что мы можем заметить определенные зависимости, связанные с социальным неравенством, с распределением ресурсов, причем не только на строительство, но и на обучение архитекторов и мастеров.

🛕 С древностью все просто: почти все памятники архитектуры, от пирамид до Версаля, являются следствием распределения ресурсов в пользу власти (в той или иной форме, с применением большего или меньшего насилия). Это не повод относиться к этой архитектуре плохо, не ценить ее художественные качества или красоту.

▪️ На вопрос «А почему сейчас так не строят?» можно ответить встречным вопросом: «А мы уверены, что тогда будем жить как фараон или Людовик XIV, а не как их подданные?»

🛏 В доходном доме хорошо видна структура общества: чем выше квартира, тем она меньше, тем меньше в ней окон. Доходные дома строились без лифтов, так что богатым владельцам отводились квартиры ближе к земле (хотя и не на первом этаже, где были магазины). Бедные карабкались на самый верх.

▪️ Когда города разрослись, и на улицах стало шумно, людно и не очень чисто, появились лифты, ситуация кардинально изменилась: в небоскребах самые дорогие квартиры наверху. Из них владелец спускается прямо на парковку, садится в машину и уезжает, не контактируя с простыми смертными.

▪️ Похожие отношения между центром города и окраинами — это не равные по экономической ценности части города, хотя в одних городах центр считается лучшим местом для жизни, а в других, наоборот, богачи уезжают за город.

🌇 В масштабе современного города неравенство видно еще лучше. Рынок диктует свои правила: максимальное количество людей получает продукт среднего качества. Как он выглядит — это уже вопрос конкретной культуры, климата и так далее. Все относительно: в США — это загородные дома в субурбиях, в России — панельные дома, в Сан-Паулу — фавелы.

▪️ Небольшое количество людей способны оплатить продукт высокого качества — более красивый дом с более просторным двором. И столь же малая часть людей (если их много — дело совсем плохо) вынуждены жить в чем-то очень-очень плохом.

▪️ Хотя субъективно мы можем быть недовольны своим домом, важно видеть картину целиком — как люди живут в среднем. И чем большую роль играет свободный рынок жилья, тем больше разнообразия (форм домов, размеров квартир), а чем больше участвует государство — тем все однообразнее.

Людьми можно управлять в том числе с помощью архитектуры. Рассмотрим, как это возможно👇

❌ Архитекторы говорят, что любая архитектура — это власть и форма насилия. Ведь архитектор заставляет нас вести себя определенным образом: здесь входить в дверь, в этой комнате спать. Что-то мы можем изменить, но многие вещи нет, особенно в общественных зданиях.

👮‍♂️ Есть здания, которые по своей функции связаны с насилием, контролем и наблюдением: школы, больницы, тюрьмы. Все они устроены одинаково.

▪️ Во-первых, люди делятся на две неравные по размеру группы: одним можно все, другим нет — это учителя и дети, врачи и больные, надзиратели и заключенные.

▪️ Во-вторых, пространство поделено на одинаковые части (классы, палаты, камеры). Люди из первой группы имеют право распределять по ним людей из второй (решают, кто в каком классе будет учиться, кто в какой камере будет сидеть).

▪️ В третьих, существует режим посещения этих зданий: кому-то можно зайти, кому-то нельзя, в одни часы доступ есть, в другие нет, и т. д.

▪️ Однако такие свойства в более или менее выраженной степени можно встретить и в других зданиях. Банки, гостиницы, вокзалы и аэропорты тоже делят людей на группы и управляют их поведением.

⛓ Английский философ Иеремия Бентам придумал идеальную тюрьму, которую назвал Паноптикон. Это круглое строение, в центре которого находятся надзиратели, скрытые (например, шторами) от заключенных. Заключенные же сидят в одиночных камерах, которые открываются в центр: надзиратели могут всегда видеть, что делают заключенные, а они никогда не знают, наблюдают за ними или нет.

▪️ Идея Паноптикона простая — человек всегда должен чувствовать, что за ним смотрят, и тогда будет всегда вести себя хорошо.

🚷 К идее этого замечательного проекта философы и архитекторы обращаются часто, когда заходит речь об общественных пространствах и зданиях. Они предписывают нам определенные нормы поведения, хотя далеко не всегда в поле зрения находятся таблички «Не курить», «Мусор не бросать».

▪️ Чем жестче эти правила, тем менее свободно мы себя чувствуем. Например, в музее все немного скованы (нельзя шуметь, трогать экспонаты, бегать), а в парке — нет (все это можно).

▪️ Интересно, что в странах, где особенно сильна «вертикаль власти» — мало пространств, в которых люди себя свободно чувствуют, мы не видим большого разнообразия форм поведения, все ведут себя одинаково. А в странах «разгула анархии» — в парках и на площадях чего только ни увидишь.