Американский модернизм

«Шум и ярость» (1929) — один из главных романов Фолкнера, давайте обсудим, как он устроен.

📍 Название (The Sound and the Fury) взято из монолога шекспировского Макбета: «…жизнь — история, рассказанная идиотом, полная шума и ярости, ничего не значащая».

📖 Роман состоит из 4 частей, каждая обозначена датой, в таком порядке: 7 апреля 1928, 2 июня 1910, 6 апреля 1928 и 8 апреля 1928. Маленькая история трех дней жизни одной семьи и один эпизод из прошлого.

🖋 Каждая из первых трех частей — поток сознания одного из трех братьев Компсонов — Бенджамина, Квентина, Джейсона. В четвертой части повествователь фокусируется на пожилой чернокожей служанке Дилси. Чередование рассказчиков никак не объясняется, подсказкой служат только даты и указания на общую семейную историю.

🎨 Фолкнер хотел, чтобы фрагменты текста, относящиеся к разным временным отрезкам, были выделены разными цветами. Такое издание романа вышло только в 2012 году.

⚡️ Начало романа обескураживает: сознание Бенджи, к чьей точке зрения нас присоединяют, остановилось на детской стадии, поэтому сразу нельзя понять, что и когда происходит. Фолкнер имитирует наивный взгляд на мир, но из обрывков впечатлений и воспоминаний постепенно складывается история, охватывающая около тридцати лет. В ее центре — сестра рассказчиков Кэдди, у которой в романе нет своего голоса; появляются темы вины, стыда, наказания, смерти.

👨‍🦱 Вторая часть отведена Квентину, старшему из братьев: рефлексирующий и чувствительный студент Гарварда похож на персонажей европейских романов. Его сознание, однако, не менее раздробленное и травмированное, чем у Бенджи, и тоже реализуется в нелинейном потоке. Квентина волнует падение Юга и распад традиции, а больше всего — утраченная невинность его сестры: все это складывается в общий миф о катастрофе и приводит героя к самоубийству.

⏱ Основной символ второй части — дедовы часы, которые Квентину подарил отец, знак родовых связей и судьбы. Вслушиваясь в тиканье часов, Квентин все время возвращается к мысли о смерти, о сестре — и о Христе, с которым он себя сопоставляет:

«Часы прислонены к коробке с воротничками, и я лежу, их слушаю. Слышу то есть. Вряд ли кто станет со вниманием слушать ход часов. Незачем это. Можно надолго отвлечься, а затем одно „тик-так“ враз выстроит в уме всю убывающую в перспективе вереницу нерасслышанных секунд. <…> С бездельными привычками расстаться труднее всего, говорит отец. И что Христос не распят был, а стерт на нет крохотным пощелкиваньем часовых колесиков. А сестры у него не было».

👨‍🦰 Третий брат, Джейсон — прагматичный и озлобленный, его монолог выражает тотальное раздражение. Если у Квентина груз семейной истории выражается в мифологических образах и в постоянно звучащем голосе отца, то Джейсон чувствует ту же тяжесть в материальном измерении: на нем ответственность за дом и семью, с которой он не справляется и винит в этом весь мир.

👩🏻 Роман заканчивается примиряющей нотой. Пасхальный день не означает воскресения для семьи Компсонов, но смещение акцента на служанку Дилси позволяет вывести сюжет из замкнутого круга. В отличие от остальных героев, Дилси не сконцентрирована на себе и на прошлом. «Видела начало и вижу конец» — говорит она в церкви: Дилси владеет знанием, недоступным другим героям.

Шервуд Андерсон (1876–1941) — автор, чье влияние на литературу «потерянного поколения» оказалось больше, чем его собственная известность. У него учились и с ним спорили Хемингуэй и Фолкнер, особенно важную роль он сыграл в развитии американской малой прозы. Давайте узнаем, как складывался его творческий путь.

🇺🇸 Творческая карьера Андерсона связана с Чикаго, ставшим в начале 20 века развитым литературным центром. В отличие от большинства писателей его круга, он был самоучкой, писать начал достаточно поздно, и в богемном мире его воспринимали как наивного провинциала — он сумел обратить это в свою пользу.

🗣 Как пишет литературовед Ольга Панова, он «сознательно конструирует образ малограмотного писателя-простака, пришедшего в литературу если и не „от сохи“, то из-за конторки служащего».

📗 Настоящий шедевр Андерсона — книга рассказов «Вайнсбург, Огайо» (1919). Она состоит из коротких текстов, написанных в сдержанном, отстраненном тоне. Вайнсбург — вымышленный город, обобщающий американскую провинцию.

👀 Некоторые исследователи считают, что книгу можно читать как единый роман. В рассказах есть сквозной персонаж, молодой репортер Джордж Уилард, и его история разворачивается по принципу романа воспитания. Но в центре каждого из 22 рассказов — портрет одного персонажа. Объединяет их не общих сюжет, а чувство одиночества и отчуждения.

🗝 Сборник открывается рассказом «Книга гротесков» — это ключ ко всему циклу. В нем упоминается книга некоего старого писателя, из которой рассказчику запомнилась одна мысль: истин много, и все они прекрасны «все истины человек создал сам, и каждую из них он вывел из множества смутных мыслей». Каждый человек хватает свою истину, и она превращает его в «гротеск», а истина становится ложью. Рассказчик понимает, что и автор этой идеи тоже превратился в гротеск.

👥 Все персонажи Андерсона и сам Уайсбург обладают гротескными чертами, в описаниях и портретах подчеркиваются деформации, «корявые» черты.

✍️ Андерсон использует и готические намеки. Мать Уиларда похожа на привидение, девушке в «Бумажных шариках» снится любовник-вампир, редактор местной газеты воображает, что джин возвращает ему молодость. Для тихого обычного городка в Вайнсбурге слишком зловещие темные переулки, слишком много несчастных случаев. Уилард собирает местные слухи и анекдоты, в тексте много внимания отдается субъективным точкам зрения. Все это добавляет неоднозначности достаточно простым и линейным сюжетам.

🔄 У Андерсона нет образа масштабной катастрофы, как у Фолкнера. Мир, тронутый распадом, не замкнут в циклическом времени, и из него можно вырваться: Уилард в финале уезжает из Вайнсбурга, чтобы стать писателем.

Шервуд Андерсон (1876–1941)

О том, откуда взялся термин «южная готика»

Фланнери О’Коннор (1925–1964) — представительница следующего поколения, чье имя прочно связано с формированием «южной готики». На русском ее стали активно издавать сравнительно недавно, а для понимания американской литературы проза О’Коннор — обязательное звено.

✝️ На О’Коннор большое влияние оказала католическая традиция и специфическая религиозная культура «глубокого Юга». Она помещает свои сюжеты в самые глухие места и исследует жестокий и абсурдный мир. В нем очевидно продолжение фолкнеровской Йокнапатофы, но О’Коннор обращается не к аристократической стороне, а к низовой.

➡️ Это также следующая, более радикальная фаза исторического процесса, который описывал Фолкнер. Память о прошлом еще больше мифологизировалась, сплелась с мистикой и суевериями, семьи, погруженные в нищету, ожесточились.

📕 Первый роман О’Коннор — «Мудрая кровь» (1952) посвящен, по ее словам, «религиозному сознанию без религии». Роман фрагментарен, состоит из независимых глав, часть из которых ранее публиковались как рассказы.

👤 Главный герой Хейзел Моутс — внук священника, утративший веру после войны. Его окружают гротескные, маргинальные персонажи, и сам он погружается во все более фантасмагорический сюжет. Хейзел решает основать «Церковь без Христа» и становится трагикомическим пророком-провокатором.

📙 Эта тема продолжается и в романе «Царство небесное силою берется» (1960) — название взято из Евангелия от Матфея. Его герой — 14-летний мальчик, которого дед-фанатик воспитывал как пророка.

🖋 Один из любимых терминов О’Коннор — «displaced person», «перемещенное лицо». Все ее герои в таком положении, даже если они не буквально беженцы или изгнанники. В одном из рассказов священнику напоминают, что «перемещенным лицом» был и Христос. Выбитая из-под ног почва, развалившиеся ценности, травмы, странные встречи, — все это формы внутреннего пути, который должны проделать герои.

🔪 Часто путь включает насилие: О’Коннор намного жестче и натуралистичнее Фолкнера или даже Хемингуэя в кровавых описаниях. Насилие случайно и необъяснимо, оно вспыхивает без войны или социальных конфликтов. Лучший пример — рассказ «Хорошего человека найти нелегко» (1953), в котором случайная встреча на дороге принимает мрачный оборот.

🗣 Писательница в ответ на упреки критиков в излишней жестокости говорила, что насилие для ее персонажей — способ вернуться к реальности и получить прозрение.

Фланнери О’Коннор (1925–1964)